На 12-м международном ПЛАС-форуме «Банковское самообслуживание, ритейл и НДО» директор Научно-исследовательского института Гознака Георгий Корнилов (сегодня он также является заместителем генерального директора по маркетингу и стратегии АО «Гознак») рассказал об изменении традиционной роли наличных денег. Выступление вызвало большой интерес, и «Формула защиты» публикует его основные тезисы.
– В повседневной жизни мы не замечаем изменений, которые происходят не быстро. Еще в 2013 году мы в Гознаке попробовали смоделировать, каким образом будет изменяться объем наличных и безналичных платежей на динамике следующих десяти лет.
Мы построили модель, взяли данные за предыдущие годы. Посчитали – и у нас получилось, что к 2021 году мы будем иметь целых 40% безналичных платежей! На тот момент, в 2013 году, безналичные платежи составляли порядка 7%.
Но прогноз не учел быстроту происходящих изменений: сегодня около 80% платежей – безналичные.
Более того, мы все реже используем слова «бумажник, кошелек, портмоне, сейф, касса». И это естественно, потому что мы все меньше платим наличными деньгами, используем безналичные деньги.
Но вопрос заключается в том, что мы не должны вместе с этими словами выбросить ту инфраструктуру, которая есть. Потому что инфраструктура наличных денег – это социальное благо, которое дает людям возможность и гарантии.
После 2020 года, когда в мире наступила пандемия, доля наличных денег в обращении в разных странах мира, в том числе в России, вопреки ожиданиям выросла на 20–25%. Были страны, в которых этот рост составил 50% и даже больше.
Помимо роста объема денег в обращении, выросло и количество банкнот в обращении. Этого не было на протяжении предыдущих десяти лет. При колоссальном росте объема наличных в обращении за последние 10 лет – в 3,5 раза, объем платежей наличными сократился в 1,5 раза ниже уровня 2008 года.
С огромной вероятностью сокращение объема наличных платежей продолжится.
Это означает, что банкноты перестали использоваться для оплаты товаров и услуг, у них появилась какая-то другая функция.
У населения на руках находится большое количество денег, но люди не используют их для того, чтобы оплачивать товары и услуги, а носят банкноты в кошельках, используя их в качестве резервной системы платежей.
Сегодня случилось то, о чем мы говорили еще десять лет назад. Банкнота перестала быть платежным выбором №1. Сегодня банкнота – это платежный выбор №2, а в каких-то случаях даже №3. Более того, инфраструктура наличного денежного обращения сегодня начинает выполнять роль резервной инфраструктуры, или плана «Б», превращается из действующей системы в гаранта.
Изменение роли и функции наличных денег изменило и ослабило позиции фальшивомонетничества. Уровень фальшивомонетничества падает во всем мире.
Сейчас в Европе, Азии и в России на миллион банкнот приходится шесть фальшивых. Это очень мало, подавляющее большинство населения никогда не столкнется с фальшивыми банкнотами.
Причинами низкого уровня фальшивомонетничества являются:
• высокая защищенность банкнот,
• сложность реализации фальшивок,
• высокая раскрываемость преступлений, связанных с фальшивомонетничеством,
• переориентация преступников – они переключаются на более прибыльные и менее рискованные преступления.
Борьба с фальшивомонетничеством, в парадигме которой происходило развитие всей индустрии наличного денежного обращения на протяжении большей части ее истории, уходит в прошлое. Сегодня основное приложение усилий индустрии должно заключаться в том, чтобы укреплять и развивать технологическую инфраструктуру наличных платежей, делать ее доступной для всех членов общества.
Сегодня именно налично-денежная инфраструктура позволяет каждому члену общества участвовать в экономических отношениях, получать социальные гарантии. Налично-денежная инфраструктура поддерживает и цифровую, и безналичную инфраструктуру, без которой пока не может быть социально-экономической стабильности.
